— Дима, ты должен мне помочь! Вопрос жизни и смерти! — появился Толик на пороге лучшего друга в шесть утра в воскресенье.
— Кто она? — спросил одним лишь взглядом Дима, который спал всего четыре часа.
Всё было просто. Толик Ежов влюбился. Это была проблема государственного масштаба, а — его друга Димки, в частности. Дело в том, что Толик влюблялся постоянно. Нет, вы не поняли. Толик влюблялся ПОСТОЯННО. И каждый раз навсегда. Из-за своей влюбчивости он часто менял место жительства, работу, спортзалы, продуктовые магазины, парикмахерские, гражданство. Он даже пару раз отсидел недолго в тюрьме. Второй раз — за то, что преследовал судью, в которую влюбился во время вынесения первого приговора.
Толик был безобиден. Он любил чисто и искренне и никогда не посягал на женскую честь. Это был романтичный рыцарь двадцать первого века. Немного неспортивный, немного лысеющий, среднего достатка, веселый и очень застенчивый гипотоник на старом корейском коне.
— Вот только не нужно опять этих взглядов! — вскипел Толик. — Почему сразу ты решил, что речь о женщине?
Дима молча ждал. Недолго. Секунд пять.
— Ну ладно! Дело в женщине, но это ничего не значит! Она — та самая! — с обидой в голосе закричал Толик, будто его можно было заподозрить в предсказуемости. — Короче, мне нужна твоя помощь.
— Если опять нужно будет разыгрывать нападение с ножом, где ты д’Артаньян, а я маньяк, то я пас. У меня с прошлого года вся еда перченая на вкус после того баллончика.
— Без криминала, — положил руку на сердце Толик. — Просто похвалишь меня перед ней и скажешь, что благодаря мне твой бизнес процветает, а без меня ты бы прогорел. Да и сам, скорее всего, тоже бы не выжил. Возможно, даже наложил бы на себя руки.
— Толик, я ключник. Вряд ли ты мог заказать у меня шесть тысяч ключей за раз, да и смертность в нашем деле не такая высокая. Я даже кредит не брал на открытие.
— Ну тогда соврешь. Придумаешь историю, как благодаря мне ты открыл целый гипермаркет с ключами или как у тебя заказали копию ключа для самого Нотр-Дама.
— Ты же понимаешь, что это максимально тупая идея?
— Просто ты не романтик, — отмахнулся Толик. — Женщины поймут. Тут важна сама подача, ключ — это символ.
— Ладно, Толян, для тебя я совру, — пообещал Дима, который ужасно волновался за вечно влюбленного идиота, способного наломать дров.
— Встречаемся сегодня в пять вечера. Погуляем, поболтаем, произведем должный эффект. А когда станет понятно, что он достигнут и она разглядит во мне единственного и неповторимого, ты тактично свалишь. Как тебе план?
— Непонятно.
— Какая его часть? — удивился Толик.
— Та, где ты приходишь ко мне в шесть утра, чтобы назначить время почти на двенадцать часов вперед.
— Ночь, день, утро… — Толик вздохнул так, словно общался с невеждой. — Любовь выше этих условностей.
***
Друзья встретились в пять часов возле главного фонтана города. Когда Дима прибыл, Толик уже был на месте мокрый насквозь. Сначала Дима решил, что друг попал под струю фонтана, но, подойдя ближе, понял, что тот просто вспотел от страха.
— Как я выгляжу? — спросил Толик, приглаживая колосья редких волос.
— Как результаты анализов из частной клиники.
Толик испуганно взглянул на друга.
— Дорого, важно. И невозможно думать ни о чем другом, кроме них, — попытался выкрутиться Дима, хотя имел в виду то, что его друг своим видом вызывает одну лишь тревогу.
— Ладно, я готов.
— Как она выглядит? — спросил Дима, разглядывая девушек в толпе.
— О, ты сразу поймешь, что это она. Эффектная, блестящая, сводящая с ума! — захлебывался Толик своим восхищением.
Минут через пять к ним подошла невысокая светловолосая девушка, склонная к полноте. Или,говоря словами Толика, — лучезарная, достигшая пика превосходства нимфа с аппетитной фигурой, в которой преобладали плавные линии и не было ни одного острого угла. Они поздоровались, перекинулись парой фраз, и сразу стало ясно, что девушка — идеальный кандидат для дурашливого обожателя Ежова.
— Вы знаете, Ольга, Толик тот человек, благодаря которому мой бизнес стал процветать. Именно он спас мою фирму, получившую в свое время заказ на ключи к Лувру, а меня он буквально вытащил из-под поезда, — Димка решил отделаться по-быстренькому, но когда Толик начал подавать ему сигнал SOS, наступая на ногу, понял, что поспешил.
— Это не она, — прошептал Толик, когда они отлучились с Димкой к киоску, чтобы купить воды.
— Разве? Она вроде хорошенькая и очень тебе подходит.
— Сперва я тоже так подумал и даже собирался сделать ей предложение, но потом я познакомился с ее сестрой, а там… Я же сказал, ты всё поймешь.
Димка кивнул, и вскоре все трое пошли в кафе, где должна была состояться знаковая встреча.
Сестра девушки выглядела чуть иначе: высокая, худая, как спичка, бледнолицая, или, как сказал бы Толик, возвышенная, утонченная, с фарфоровой кожей и императорскими чертами. Одним словом, фея.
Очень быстро стало понятно, что фея идеально подходит для Толика: начитанная, скромная, с добрым сердцем. Дима решил, что историю нужно подать более красочно и, несмотря на то что первая девушка слышала иную версию, сказал:
— Толик, кстати, спас мою корпорацию. А мы очень серьезная контора с многомиллионным оборотом. Нам, между прочим, однажды поступил заказ на потерянные ключи от Белого дома, Кремля и Тадж-Махала одновременно. Представляете, какими рассеянными бывают люди, обитающие там? Я как раз в тот день покорял Эльбрус, и Толик спас меня от падения с самого пика.
Тут Толик начал резко и часто менять цвет лица, как светофор, явно подавая световые сигналы.
— Это не она! — сказал он, когда друзья отлучились в туалет.
— Издеваешься? — начал нервничать Дима. — Да она же идеальна!
— Я тоже сперва так подумал и хотел позвать ее разделить со мной вечность… Но потом я встретил их маму…
— Маму? — Диме казалось, что он чего-то не понимает. — Тебе же тридцать шесть. А ей сколько? Шестьдесят пять?
— Пятьдесят семь, но это вообще неважно, — Толик замахал руками. — Ты мыслишь какими-то стереотипами и совершенно не разбираешься в любви!
— Ну да, куда уж мне с пятнадцатью-то годами брака…
— Вот именно! Тебя придавило к земле свинцовым одеялом простой привычки. Ты забыл, что такое полет чувств, разучился мечтать!
Дима не стал спорить. Каким-то образом, не без хитростей, намеков и уговоров, встречу получилось перенести в дом девушек, где их мама встречала гостей потрясающе вкусным ужином. Это была одинокая, но очень эффектная и привлекательная женщина с изящными светскими манерами. Она умела держать внимание на себе и, бесспорно, могла дать фору многим соперницам младше ее лет на пятнадцать, а то и больше. А ее кулинарные способности… В общем, Димка уже мысленно благословил этот возможный и, несомненно, богоугодный брак.
— Вы знаете, Толик однажды спас целую финансовую империю! Мы производим ключи для МКС и коллайдеров. Наши истоки идут от египетских пирамид, куда мы поставляли нашу продукцию для саркофагов. А еще Толик лично вытащил меня с тонущего в Тихом океане лайнера…
Толик запустил в Диму салатом, затем извинился и предложил вместе пойти в ванную, чтобы смыть пятна.
— Ты меня уже достал! — шипел Дима, оттирая майонез от рубашки. — Кто следующая? Бабка? Тетка? Двоюродная племянница? Или, может, их собака? Я должен всей этой семейке до пятого колена описать твои подвиги?
— Только соседке, — извинялся Толик, помогая другу. — Я же тебе сказал, что ты с первого взгляда всё поймешь. А ты как будто не слушаешь. Их маме я признался в любви, но это было до знакомства с Лерочкой…
— Знаешь, лучше бы я тебя действительно не слушал.
— Прости! Но это любовь, ей трудно сопротивляться, в ней можно только раствориться! А без тебя я все равно не справлюсь, мне не хватает духу, я твой вечный должник. Ты будешь свидетелем на свадьбе и крестным всех моих будущих детей, обещаю!
В итоге Толику в очередной раз удалось подкупить друга. Соседка появилась ближе к ночи. Она вернулась с дачи, откуда привезла целую сумку всяких огородных изысков, которыми обещала поделиться с соседями.
Молодая, стройная, с длинными шелковистыми волосами. Любительница всего натурального и экологичного, способная часами рассуждать о прививке огурцов на тыкву или топливе из куриного помёта. Судя по блестящим глазам Толика, по его кривому поклону и тому, как он начал заикаться, целуя руку девушки, словно лобзая волшебные изумруды, способные вылечить человечество от смерти, — это была она.
Дима встал в полный рост, зевнул, прокашлялся и, взглянув в полные надежды глаза друга, затянул самую пафосную речь, на какую был способен. В этом сюжете Толик не просто спасал его бизнес. Он буквально своими руками создал ключ от дверей великих тайн мировой истории и вообще был тем человеком, на ком держится экономика, прогресс и всевозможные законы физики. Разумеется, он не раз спасал Диму, который только и делал что без конца стремился к саморазрушению.
Сработало. Теперь не только соседка, но и вообще все в квартире с обожанием смотрели на великолепного Толика Ежова. А тот уже вовсю тактично кивал другу головой в сторону выхода.
Через месяц пришло приглашение на свадьбу. Дима был рад за друга и за себя. Наконец эти мучения со сватовством закончились. Друг нашел прекрасную невесту, теперь он успокоится, а фонтан мировой любви наполнится еще одной замечательной историей вечного счастья.
***
— Дима, ты должен мне помочь! Вопрос жизни и смерти! — появился взволнованный Толик на пороге лучшего друга в шесть утра в воскресенье за неделю до свадьбы.
— Что случилось? Ресторан отменил бронь? Фотограф запил? ЗАГС сгорел? — зевал Дима.
— Нет. Можешь сегодня в пять часов появиться у центрального рынка с ножом и в той маске, через которую тебя тогда перцовым баллончиком накормили?
— Это еще зачем?! — уже полностью проснулся Дима.
— Да тут понимаешь какое дело… Пошли мы с Лерочкой оплачивать церемонию, а там я встретил ее… Глаза — космос, голос — райская арфа, а волосы… Я влюбился, Дим. В кассира. Казалось бы, ерунда, мы совершенно разные, но искра между нами… С Лерочкой такого никогда не было. Слава богу, что не успел совершить ошибку! Подумать только, был на краю! Погоди ты, не закрывай дверь! Дима-а-а!
— Кто она? — спросил одним лишь взглядом Дима, который спал всего четыре часа.
Всё было просто. Толик Ежов влюбился. Это была проблема государственного масштаба, а — его друга Димки, в частности. Дело в том, что Толик влюблялся постоянно. Нет, вы не поняли. Толик влюблялся ПОСТОЯННО. И каждый раз навсегда. Из-за своей влюбчивости он часто менял место жительства, работу, спортзалы, продуктовые магазины, парикмахерские, гражданство. Он даже пару раз отсидел недолго в тюрьме. Второй раз — за то, что преследовал судью, в которую влюбился во время вынесения первого приговора.
Толик был безобиден. Он любил чисто и искренне и никогда не посягал на женскую честь. Это был романтичный рыцарь двадцать первого века. Немного неспортивный, немного лысеющий, среднего достатка, веселый и очень застенчивый гипотоник на старом корейском коне.
— Вот только не нужно опять этих взглядов! — вскипел Толик. — Почему сразу ты решил, что речь о женщине?
Дима молча ждал. Недолго. Секунд пять.
— Ну ладно! Дело в женщине, но это ничего не значит! Она — та самая! — с обидой в голосе закричал Толик, будто его можно было заподозрить в предсказуемости. — Короче, мне нужна твоя помощь.
— Если опять нужно будет разыгрывать нападение с ножом, где ты д’Артаньян, а я маньяк, то я пас. У меня с прошлого года вся еда перченая на вкус после того баллончика.
— Без криминала, — положил руку на сердце Толик. — Просто похвалишь меня перед ней и скажешь, что благодаря мне твой бизнес процветает, а без меня ты бы прогорел. Да и сам, скорее всего, тоже бы не выжил. Возможно, даже наложил бы на себя руки.
— Толик, я ключник. Вряд ли ты мог заказать у меня шесть тысяч ключей за раз, да и смертность в нашем деле не такая высокая. Я даже кредит не брал на открытие.
— Ну тогда соврешь. Придумаешь историю, как благодаря мне ты открыл целый гипермаркет с ключами или как у тебя заказали копию ключа для самого Нотр-Дама.
— Ты же понимаешь, что это максимально тупая идея?
— Просто ты не романтик, — отмахнулся Толик. — Женщины поймут. Тут важна сама подача, ключ — это символ.
— Ладно, Толян, для тебя я совру, — пообещал Дима, который ужасно волновался за вечно влюбленного идиота, способного наломать дров.
— Встречаемся сегодня в пять вечера. Погуляем, поболтаем, произведем должный эффект. А когда станет понятно, что он достигнут и она разглядит во мне единственного и неповторимого, ты тактично свалишь. Как тебе план?
— Непонятно.
— Какая его часть? — удивился Толик.
— Та, где ты приходишь ко мне в шесть утра, чтобы назначить время почти на двенадцать часов вперед.
— Ночь, день, утро… — Толик вздохнул так, словно общался с невеждой. — Любовь выше этих условностей.
***
Друзья встретились в пять часов возле главного фонтана города. Когда Дима прибыл, Толик уже был на месте мокрый насквозь. Сначала Дима решил, что друг попал под струю фонтана, но, подойдя ближе, понял, что тот просто вспотел от страха.
— Как я выгляжу? — спросил Толик, приглаживая колосья редких волос.
— Как результаты анализов из частной клиники.
Толик испуганно взглянул на друга.
— Дорого, важно. И невозможно думать ни о чем другом, кроме них, — попытался выкрутиться Дима, хотя имел в виду то, что его друг своим видом вызывает одну лишь тревогу.
— Ладно, я готов.
— Как она выглядит? — спросил Дима, разглядывая девушек в толпе.
— О, ты сразу поймешь, что это она. Эффектная, блестящая, сводящая с ума! — захлебывался Толик своим восхищением.
Минут через пять к ним подошла невысокая светловолосая девушка, склонная к полноте. Или,говоря словами Толика, — лучезарная, достигшая пика превосходства нимфа с аппетитной фигурой, в которой преобладали плавные линии и не было ни одного острого угла. Они поздоровались, перекинулись парой фраз, и сразу стало ясно, что девушка — идеальный кандидат для дурашливого обожателя Ежова.
— Вы знаете, Ольга, Толик тот человек, благодаря которому мой бизнес стал процветать. Именно он спас мою фирму, получившую в свое время заказ на ключи к Лувру, а меня он буквально вытащил из-под поезда, — Димка решил отделаться по-быстренькому, но когда Толик начал подавать ему сигнал SOS, наступая на ногу, понял, что поспешил.
— Это не она, — прошептал Толик, когда они отлучились с Димкой к киоску, чтобы купить воды.
— Разве? Она вроде хорошенькая и очень тебе подходит.
— Сперва я тоже так подумал и даже собирался сделать ей предложение, но потом я познакомился с ее сестрой, а там… Я же сказал, ты всё поймешь.
Димка кивнул, и вскоре все трое пошли в кафе, где должна была состояться знаковая встреча.
Сестра девушки выглядела чуть иначе: высокая, худая, как спичка, бледнолицая, или, как сказал бы Толик, возвышенная, утонченная, с фарфоровой кожей и императорскими чертами. Одним словом, фея.
Очень быстро стало понятно, что фея идеально подходит для Толика: начитанная, скромная, с добрым сердцем. Дима решил, что историю нужно подать более красочно и, несмотря на то что первая девушка слышала иную версию, сказал:
— Толик, кстати, спас мою корпорацию. А мы очень серьезная контора с многомиллионным оборотом. Нам, между прочим, однажды поступил заказ на потерянные ключи от Белого дома, Кремля и Тадж-Махала одновременно. Представляете, какими рассеянными бывают люди, обитающие там? Я как раз в тот день покорял Эльбрус, и Толик спас меня от падения с самого пика.
Тут Толик начал резко и часто менять цвет лица, как светофор, явно подавая световые сигналы.
— Это не она! — сказал он, когда друзья отлучились в туалет.
— Издеваешься? — начал нервничать Дима. — Да она же идеальна!
— Я тоже сперва так подумал и хотел позвать ее разделить со мной вечность… Но потом я встретил их маму…
— Маму? — Диме казалось, что он чего-то не понимает. — Тебе же тридцать шесть. А ей сколько? Шестьдесят пять?
— Пятьдесят семь, но это вообще неважно, — Толик замахал руками. — Ты мыслишь какими-то стереотипами и совершенно не разбираешься в любви!
— Ну да, куда уж мне с пятнадцатью-то годами брака…
— Вот именно! Тебя придавило к земле свинцовым одеялом простой привычки. Ты забыл, что такое полет чувств, разучился мечтать!
Дима не стал спорить. Каким-то образом, не без хитростей, намеков и уговоров, встречу получилось перенести в дом девушек, где их мама встречала гостей потрясающе вкусным ужином. Это была одинокая, но очень эффектная и привлекательная женщина с изящными светскими манерами. Она умела держать внимание на себе и, бесспорно, могла дать фору многим соперницам младше ее лет на пятнадцать, а то и больше. А ее кулинарные способности… В общем, Димка уже мысленно благословил этот возможный и, несомненно, богоугодный брак.
— Вы знаете, Толик однажды спас целую финансовую империю! Мы производим ключи для МКС и коллайдеров. Наши истоки идут от египетских пирамид, куда мы поставляли нашу продукцию для саркофагов. А еще Толик лично вытащил меня с тонущего в Тихом океане лайнера…
Толик запустил в Диму салатом, затем извинился и предложил вместе пойти в ванную, чтобы смыть пятна.
— Ты меня уже достал! — шипел Дима, оттирая майонез от рубашки. — Кто следующая? Бабка? Тетка? Двоюродная племянница? Или, может, их собака? Я должен всей этой семейке до пятого колена описать твои подвиги?
— Только соседке, — извинялся Толик, помогая другу. — Я же тебе сказал, что ты с первого взгляда всё поймешь. А ты как будто не слушаешь. Их маме я признался в любви, но это было до знакомства с Лерочкой…
— Знаешь, лучше бы я тебя действительно не слушал.
— Прости! Но это любовь, ей трудно сопротивляться, в ней можно только раствориться! А без тебя я все равно не справлюсь, мне не хватает духу, я твой вечный должник. Ты будешь свидетелем на свадьбе и крестным всех моих будущих детей, обещаю!
В итоге Толику в очередной раз удалось подкупить друга. Соседка появилась ближе к ночи. Она вернулась с дачи, откуда привезла целую сумку всяких огородных изысков, которыми обещала поделиться с соседями.
Молодая, стройная, с длинными шелковистыми волосами. Любительница всего натурального и экологичного, способная часами рассуждать о прививке огурцов на тыкву или топливе из куриного помёта. Судя по блестящим глазам Толика, по его кривому поклону и тому, как он начал заикаться, целуя руку девушки, словно лобзая волшебные изумруды, способные вылечить человечество от смерти, — это была она.
Дима встал в полный рост, зевнул, прокашлялся и, взглянув в полные надежды глаза друга, затянул самую пафосную речь, на какую был способен. В этом сюжете Толик не просто спасал его бизнес. Он буквально своими руками создал ключ от дверей великих тайн мировой истории и вообще был тем человеком, на ком держится экономика, прогресс и всевозможные законы физики. Разумеется, он не раз спасал Диму, который только и делал что без конца стремился к саморазрушению.
Сработало. Теперь не только соседка, но и вообще все в квартире с обожанием смотрели на великолепного Толика Ежова. А тот уже вовсю тактично кивал другу головой в сторону выхода.
Через месяц пришло приглашение на свадьбу. Дима был рад за друга и за себя. Наконец эти мучения со сватовством закончились. Друг нашел прекрасную невесту, теперь он успокоится, а фонтан мировой любви наполнится еще одной замечательной историей вечного счастья.
***
— Дима, ты должен мне помочь! Вопрос жизни и смерти! — появился взволнованный Толик на пороге лучшего друга в шесть утра в воскресенье за неделю до свадьбы.
— Что случилось? Ресторан отменил бронь? Фотограф запил? ЗАГС сгорел? — зевал Дима.
— Нет. Можешь сегодня в пять часов появиться у центрального рынка с ножом и в той маске, через которую тебя тогда перцовым баллончиком накормили?
— Это еще зачем?! — уже полностью проснулся Дима.
— Да тут понимаешь какое дело… Пошли мы с Лерочкой оплачивать церемонию, а там я встретил ее… Глаза — космос, голос — райская арфа, а волосы… Я влюбился, Дим. В кассира. Казалось бы, ерунда, мы совершенно разные, но искра между нами… С Лерочкой такого никогда не было. Слава богу, что не успел совершить ошибку! Подумать только, был на краю! Погоди ты, не закрывай дверь! Дима-а-а!
